Житейская и жизненная мудрость бабули Ирины

30 мая 2014 14:36

С ней приятно общаться. Ее мысли свежи, без претензий на открытие. Но в каждой своей фразе она что-то открывает для собеседника своими взглядами на кажущееся привычным и понятным. Заглянуть к Ирине Архиповне нам посоветовала директор Задневского сельского Дома культуры Нелли Ермолович.

— Она столько знает наизусть, сама много сочиняет, — говорила Нелли Евгеньевна. — Необыкновенная певунья, неповторимая рассказчица. Правда, свой талант не выносит на показ, считает, что в этом проявляется человеческая нескромность. Ее надо только разговорить, тогда она забывается на свои опасения прослыть среди односельчан словоохотливой. В прошлом году отметила 86 лет, но очень молода душой…

Переступив порог ее хаты, уловив струящуюся со стен и ярко выбеленной печи, с различных рамочек и икон светлость и чистоту, не смогли не заметить по первым ощущениям: “В вашем доме, Ирина Архиповна, сам Бог живет, такие у вас аккуратность, чистота и порядок…”

— А без Бога в доме и нельзя, — таким же приветствием ответила хозяйка. — Он мне многое дает, поддерживает. И мне, чтобы быть подальше от зависти, всего хватает. Каков приход, таков и расход…

Семья Архипа Шнырко, ее отца, проживала в Озерцах. А когда дети были совсем маленькие, перебрались жить в Пиамонт. Выделили им в одной из построек пана Душлевского, который покинул эти места по следам революционных событий, “покой” из четырех комнат. Запомнились, оставшись в острых ощущениях с тех пор, панский сад с наливными яблоками, березовая аллея, насаждения акации, сирени, жасмина, боярышника. Ничего из той чудной красоты в наше время не осталось.

Был жив еще несколько лет назад нестройный ряд лип, которые быстро стали разрушаться, дожив до глубоких седин, и создавать неудобства кладущимися на землю отжившими свое частями и целыми деревьями. Старое отжило, а новое на уровне неповторимой красоты не прижилось. Только бы вовсе из памяти людей не ушло, опасается Ирина Архиповна, какой она цветущей была здешняя — задневская, пиамонтовская — земля. Создавал ей эту красоту труд человеческий. Надо держаться жизни, убеждена она, перенесшая такие и столько ударов судьбы, когда уже не верилось другим, что можно было после всего этого стоять, не согнуться перед бурями и шквалами невзгод. Семерым детям дали они жизнь с мужем Петром Трофимовичем, но двое без времени ушли из нее, трагически погибла внучка. До пенсии не дожил хозяин. Сказались тяжелые старые раны. Во время войны побывал в огне сражений на Малой земле, был моряком.

— Все, что отстраивалось в Рыжичах после военной разрухи и делалось в 50 — 70-е годы, — ведет воспоминание Ирина Архиповна, — дело рук Петра Трофимовича. Когда подросли наши сыновья, они тоже были ему в помощь. Мы видели результат своего труда, радовались ему. Вот здесь, где сегодня бурьян, был луг. Когда его скашивали и складывали стожки, на всю улицу разливался приятный аромат трав и цветов. Теперь, за что душа болит, осталась одна корова, да и ту негде навязать…

Когда дети подрастали и могли присмотреть друг за другом, она выходила на работу в колхоз. Растить детей было делом непростым, поэтому многие годы не знала она покоя ни днем, ни ночью. Носочки ребятне вязала, одежду шила, а надо было жерновами вручную намолоть муки для скота, травы собрать и насечь, гряды прополоть, свежескошенную траву разбить и высушить, внести в сеновал. Никуда не уходила по три и больше раза на день готовка еды. Но когда в их дом заглядывала фельдшер Валентина Леонтьевна Марцинкевич, она не переставала восхищаться порядком во всех его проявлениях. Откуда же впитывалось все это в натуру наших матерей, женщин того поколения, которым и поучиться-то в школе даже не довелось по-настоящему?!

— В семье нас было трое, — размышляет в ответе на вопрос Ирина Архиповна. — Папа погиб на фронте. Надо было косить, хозяйство держать. 4 класса только и закончила. Поэтому грамотность получать приходилось от жизни. И знание всего, что пелось нашими бабушками и мамами, тоже от нее. Идем на работу, возвращаемся с работы — поем. Пели, как тогда говорили, весну, зажинки, докоски, дожинки, довязку льна, пели в амбаре и на току, в поле… Нашему председателю колхоза Смирнову несем венок по случаю завершения каких-то работ — поем. А он тоже поглядит на нас — и запоет, гармошку в руки подхватит. Таким вот настроением жила в те годы наша деревня. Будни были тяжелыми, но радостными, интересными. Если говорить о возвращении к прошлому, то вот такое прошлое нам не мешало бы вернуть. Даже слова нашего Президента по этому поводу запомнила: “Если дом в деревне еще жив, может постоять, его надо подправить, хозяина ему найти. Вся жизнь идет от земли, от сада и огорода, потребности трудиться…”

Сама сочинять Ирина Архиповна начала, когда уже дети подросли. К автолавке подойдет, в больницу поедет — и рождаются строки песен, стихов, частушек… К примеру, как вот эти, из личной биографии:

Семь детей я народила,
Мужа своего похоронила.
Разлетелись дети кто куда —
Стала в доме тишина.
Голова сединой покрылась,
И здоровье накренилось.
Стала думать и гадать,
Как мне старость доживать.
Надо к детям выезжать,
А весною приезжать.
Надо грядочки зрабить
И картошку посадить.
И картошку посадить,
И соседей навестить.
Вот все это я зрабила
И опять я загрустила —
Что ж — не та уже и сила…
И какая будет сила,
Коль головка моя сива…

Удивительно, но все сочиненное, свое творчество, она держит в памяти. Никогда не записывала, но за многие годы ничего и не растеряла. А когда запоет известную народную или песню собственного сочинения — мотив, переливы голоса берут за душу. Потому, что они пропущены через сердце, они о судьбе, тяжелых утратах и потерях, жажде жизни. В свои 86 лет Ирина Архиповна выращивает на грядках полный набор овощей. С большой охотой занимается закаткой выращенного и, дождавшись детей, внуков (их 14), правнуков (их 9), ни одного не выправит без гостинцев. Ее гостеприимство с особой теплотой и добротой. Передача гостинцев сопровождается при этом увлекательным рассказом, как росли на грядках и чем радовали бобок, чеснок, помидор и огурец, лук и морковь, клубничка, пшеница и картофель… Оставшись без хозяина, продолжала держать корову и свиней, кроликов, не говоря о мелкой живности.

Идут годы, отживают небольшие деревни, но она, как и люди ее поколения, не принимает такого отношения к селу. Было ведь намного труднее, а какую деревню мы отстроили! Причину, почему отвернулись от нее сейчас, видит Ирина Архиповна в обычном нежелании людей взять на себя заботы, постоянно заниматься трудом. Не хотят этого, за небольшим исключением, ни женщины, ни мужчины. И чему тут удивляться, что молодые покидают деревню. А что им остается делать, когда в души их заронили семена сомнений в полноценном сельском труде взрослые. Откуда только  и бралась такая слепота, когда вопреки здравому смыслу стали ограждать своих детей от трудностей, создавать им тепличные условия.

— Я от земли, — говорит бодро собеседница, — никуда не поеду. Насмотрелась, как мои сверстницы и многие помоложе, уехав к детям в город, много не прожили. Я в грядках покопаюсь — и боли отпускают, сердце успокаивается. А пищу надо кушать самую простую, приготовленную в печи. Аппетит тогда совсем другой, а что с аппетитом съел, то пользу приносит. Приезжают внучки, мы вместе становимся, чтобы хоть какой опыт им передать, и готовим. Из того, что растим сами, а не из магазинного. Вижу, и они, отведав приготовленное, воспринимают простую и очень полезную деревенскую пищу. Раньше она была еще здоровее. Знали на столе только рассыпчатую бульбу, редьку, льняное семя, подсушенное на сковороде и потолченное в ступе, приправленное поджаренным луком. Две-три такие галушки съешь — на день хватает. Горелку не пили, за всю свою жизнь, может литра полтора только и потребила. А любимые праздники? Все они Богом посланы. Все их надо отмечать, но не с рюмкой. Такого у нашего народа не было. Это намного позже пришло, но многие все равно этому противились. Приходит праздник — песни спою, деток своих, что на фотокарточках, поглажу, поговорю с ними, внуками. Годы уже, здоровье не то, но я не унываю.

А самая большая обида, если к тебе нет уважения. Большой поддержкой то, что люди помнят, передают мне привет. Даже молодые, кто приезжает к своим родным, не обминают мой дом. И таким радушием, гостеприимством стараюсь и я платить каждому человеку. Это в крови у белорусов. И особенно ярко это выражено у сельских жителей. Слов “здравствуйте, Архиповна, или бабуля”, нет для меня и ближе, и дороже. Надо стараться поддерживать друг друга. Умный человек тот, кто величает других…

Теплоту большой души Ирины Архиповны Маханек невозможно не почувствовать, не оценить. Как и ее мудрость, скромность, огромное трудолюбие, а в целом ее судьбу, во многом типичную для сельских женщин-тружениц, матерей, хозяек в своем доме и своей стране.

В. БИРЮКОВ.

Другие статьи рубрики

VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 0.0/10 (0 votes cast)
VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 0 (from 0 votes)

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Метки:



Написать комментарий

This blog is kept spam free by WP-SpamFree.

ПОИСК ПО САЙТУ

Выборы 2020

Год малой родины

75-летие Победы

Прямые линии

Конкурс туристических фильмов

Славянский базар в Витебске

Ритуальные услуги

Дар бесценный

В мире денег

Поможем церкви!

На благое дело

Наш календарь

Май 2014
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Апр   Июнь »
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031  

Архив новостей