Мы все чаще говорим о будущем наших малых городов и сел, и это не случайно. Именно здесь, в глубинке, кроется огромный потенциал устойчивого развития всей страны. Вижу свою главную задачу и задачу своих коллег в том, чтобы помочь раскрыть этот потенциал, создать условия, при которых малая родина станет местом силы, притяжения и уверенности в завтрашнем дне.
Наши небольшие населенные пункты сталкиваются с серьезными вызовами. Ежегодно из отдельных районов уезжает в среднем около 400 — 450 человек, преимущественно молодежь. Цифра незаметная в масштабах страны, но если спроецировать ее на небольшой городской поселок с населением в 7 тысяч человек, становится очевидно: мы рискуем потерять эти уникальные населенные пункты как живые сообщества.
Негативные демографические процессы во многом связаны с естественным желанием молодых людей получить качественное образование и найти достойную работу. Ребята уезжают учиться, а после выпуска около 90% из них остаются в областных центрах. Получается, что, инвестируя в обучение молодежи, мы порой невольно способствуем оттоку самых энергичных и перспективных кадров с малой родины. Чтобы преломить эту тенденцию, необходимо по возможности создавать учреждения профессионального образования в регионах, на местах.
Наши аграрии и промышленники располагают достойной технической базой, однако современная техника, будь то комбайны или оборудование молочнотоварных ферм, требует высокой квалификации использующих ее специалистов. Мы ощущаем растущий запрос на инженеров, технологов, механизаторов. Это обстоятельство открывает огромное окно возможностей для тех молодых людей, кто готов связать свою жизнь с работой на земле, но мы должны дать им необходимые компетенции — и, как уже сказано выше, сделать это непосредственно в регионах.
Еще один важный момент — это инвестиционный климат и развитие предпринимательства. Регионам нужен новый экономический импульс. Сегодня многие предприятия в районах являются филиалами более крупных структур из областных центров, и налоговые потоки уходят туда же. Это лишает местные бюджеты доходной базы, которая позволяет благоустраивать улицы, ремонтировать школы, поддерживать социальную сферу. В результате районные власти не всегда могут в полной мере влиять на экономическую активность на своей территории. Как выход, мы могли бы рассмотреть создание особых преференциальных условий — своего рода точек экономического роста — для малых городов с населением до 20 тысяч человек, куда бы охотно заходил частный бизнес. А предприятия, работающие на земле, должны и «прописку» иметь здесь же, формируя бюджет, чтобы регионы шаг за шагом выходили на самообеспеченность.
Отдельно скажу о переработке продукции. Почему мы везем зерно, молоко или мясо за сотни километров, чтобы превратить их в готовый к употреблению продукт? Не кажется ли логичным максимально локализовать полный цикл переработки прямо в местах производства сырья? Это и рабочие места для села, и свежие продукты для области, и снижение транспортных издержек. Здесь кроется колоссальный резерв для развития пищевой и легкой промышленности.
Конечно, чтобы люди захотели остаться и строить будущее в глубинке, нужна комплексная мотивация. Жилье, дороги, досуг — все имеет значение. Мы должны более индивидуально подходить к вопросам поддержки трудоспособных граждан, нуждающихся в собственном угле, возможно, расширить программы государственных субсидий и льготных кредитов на строительство. Человек должен знать: если он хочет жить и работать на родной земле, государство подставит ему плечо.
Дорогие друзья! Время требует от нас не просто констатации фактов, а активной созидательной позиции. Мы не просто решаем демографические или экономические задачи, мы сохраняем душу Беларуси — ее хутора, деревни и малые города. Это наша общая боль и общая ответственность. Совместными усилиями мы способны запустить процесс возрождения наших регионов и сделать их по-настоящему привлекательными для достойной жизни и работы.
Наши небольшие населенные пункты сталкиваются с серьезными вызовами. Ежегодно из отдельных районов уезжает в среднем около 400 — 450 человек, преимущественно молодежь. Цифра незаметная в масштабах страны, но если спроецировать ее на небольшой городской поселок с населением в 7 тысяч человек, становится очевидно: мы рискуем потерять эти уникальные населенные пункты как живые сообщества.
Негативные демографические процессы во многом связаны с естественным желанием молодых людей получить качественное образование и найти достойную работу. Ребята уезжают учиться, а после выпуска около 90% из них остаются в областных центрах. Получается, что, инвестируя в обучение молодежи, мы порой невольно способствуем оттоку самых энергичных и перспективных кадров с малой родины. Чтобы преломить эту тенденцию, необходимо по возможности создавать учреждения профессионального образования в регионах, на местах.
Наши аграрии и промышленники располагают достойной технической базой, однако современная техника, будь то комбайны или оборудование молочнотоварных ферм, требует высокой квалификации использующих ее специалистов. Мы ощущаем растущий запрос на инженеров, технологов, механизаторов. Это обстоятельство открывает огромное окно возможностей для тех молодых людей, кто готов связать свою жизнь с работой на земле, но мы должны дать им необходимые компетенции — и, как уже сказано выше, сделать это непосредственно в регионах.
Еще один важный момент — это инвестиционный климат и развитие предпринимательства. Регионам нужен новый экономический импульс. Сегодня многие предприятия в районах являются филиалами более крупных структур из областных центров, и налоговые потоки уходят туда же. Это лишает местные бюджеты доходной базы, которая позволяет благоустраивать улицы, ремонтировать школы, поддерживать социальную сферу. В результате районные власти не всегда могут в полной мере влиять на экономическую активность на своей территории. Как выход, мы могли бы рассмотреть создание особых преференциальных условий — своего рода точек экономического роста — для малых городов с населением до 20 тысяч человек, куда бы охотно заходил частный бизнес. А предприятия, работающие на земле, должны и «прописку» иметь здесь же, формируя бюджет, чтобы регионы шаг за шагом выходили на самообеспеченность.
Отдельно скажу о переработке продукции. Почему мы везем зерно, молоко или мясо за сотни километров, чтобы превратить их в готовый к употреблению продукт? Не кажется ли логичным максимально локализовать полный цикл переработки прямо в местах производства сырья? Это и рабочие места для села, и свежие продукты для области, и снижение транспортных издержек. Здесь кроется колоссальный резерв для развития пищевой и легкой промышленности.
Конечно, чтобы люди захотели остаться и строить будущее в глубинке, нужна комплексная мотивация. Жилье, дороги, досуг — все имеет значение. Мы должны более индивидуально подходить к вопросам поддержки трудоспособных граждан, нуждающихся в собственном угле, возможно, расширить программы государственных субсидий и льготных кредитов на строительство. Человек должен знать: если он хочет жить и работать на родной земле, государство подставит ему плечо.
Дорогие друзья! Время требует от нас не просто констатации фактов, а активной созидательной позиции. Мы не просто решаем демографические или экономические задачи, мы сохраняем душу Беларуси — ее хутора, деревни и малые города. Это наша общая боль и общая ответственность. Совместными усилиями мы способны запустить процесс возрождения наших регионов и сделать их по-настоящему привлекательными для достойной жизни и работы.
Андрей СИДОРОВ,
член Совета Республики
Национального собрания Республики Беларусь.